Бирюкова. О бесплодии и невынашивании.

Бирюкова Галина Анатольевна
системный семейный психолог

Анализ психологических и психосоматических факторов бесплодия и невынашивания на примерах психотерапевтической практики

В последние десятилетия в психологии и медицине активно изучаются психологические особенности женщин, страдающих бесплодием, имеющих нарушение физиологического течения беременности. Медицинское обследование для поиска причин бесплодия и невынашивания направлено обычно или на одного из супругов, или на беременную, или на плод. Психолог же при тех же проблемах рассматривает семью как целостное социальное, психологическое и духовное образование. Семья проходит кризисный период в своем развитии в связи с решением женщины и мужчины стать родителями.

Новая социальная роль будущих родителей предусматривает изменение отношений внутри семьи и взаимоотношений семьи с обществом, появление ответственности за ребенка, появление новых обязанностей. В такой сложный момент многие семьи нуждаются, как в квалифицированной психологической помощи, так и в медицинской. Душевное состояние женщины во время беременности и после родов, ее контакт с новорожденным, психологический комфорт в семье являются такими же факторами формирования соматического и душевного здоровья матери и сохранения здоровья ребёнка, как и те показатели, которые находятся в зоне пристального внимания медиков. В настоящее время отмечается тенденция объединения этих линий исследования, когда нарушение репродуктивной функции женщины рассматривается как сочетающееся с ее психологической готовностью к материнству. Такой подход позволяет понять ряд особенностей, характеризующих женщин с разной формой неготовности к материнству и те способы, которые они используют для адаптации к сложной для них ситуации беременности и материнства.

Работая психологом в женской консультации и медицинском центре, я проводила исследования, которыми хочу поделиться в этой статье, - психологических особенностей беременных женщин с физиологически протекающей беременностью и женщин с нарушениями течения беременности. Мои клинические исследования показали, что последние имели ряд психологических особенностей. Как правило - это личностно незрелые, имеющие нарушения полоролевой идентификации, застревающие на страхах и стрессовых ситуациях, где стресс и страх переходит в форму соматизации. Так, молодая женщина 27 лет пришла на первичную консультацию с мамой. Она была на третьем месяце беременности. Это её вторая беременность, первая закончилась выкидышем на пятом месяце. Эта беременность тоже находилась под угрозой выкидыша. Она пришла ко мне со страхами за своё здоровье и предчувствиями выкидыша или тяжелых родов. Её одолевали переживания за то, что муж может её оставить, мама заболеть. При этом все эти страхи рассказывала мама, женщина только поддакивала. Дальнейшую терапию я проводила, разделив мать с дочерью, консультируя каждую в отдельности.

С беременной женщиной я провела двадцать встреч, где мы работали над повышением дифференциации “Я”, прорабатывали её страхи и симбиоз с матерью. Мать посетила только четыре сессии, считая, что она «делает только добро для своей дочери», и «без её добра молодая семья не справится». Я в качестве психолога была названа «чёрствой». Далее проводилась психотерапевтическая работа с супругами, и отдельно с мужем пациентки несколько сеансов. Укрепив отношения между мужем и женой и ослабив ее симбиотический контакт с матерью, я увидела результат - психологическое состояние беременной кардинальным образом изменилось в лучшую сторону, страхи исчезли – их она вспоминала с юмором, и врачи на плановых осмотрах перестали ставить угрозу выкидыша. У неё родилась здоровая девочка. Важным в этой работе с семьёй было их принятие на себя ответственности за семью, ребенка и род, усиление их позитивных чувств: радости, уверенности, спокойствия и любви.

Сложной для организации психологических работ явилась пациентка с вагинизмом. В свои 33 года она не имела возможности совершить половой акт, хотя со своим супругом планировала зачатие ребенка. Даже введение инструмента при гинекологическом исследовании провоцировало мышечные спазмы и обследование гинекологом не проводилось . В возрасте десяти лет она сильно травмировала половые органы, проехав на велосипеде без сидения. А в 14 лет была изнасилована. Получила сильнейший стресс. Ни про первый, ни про второй случай родителям ничего не было известно. До прихода ко мне она всё держала в секрете. На каждый мой вопрос, она отвечала, что ничего не помнит и, что тут вспоминать, когда прошло столько лет. У меня с этой пациенткой и её мужем было несколько встреч. Проводилась работа с её психологическими травмами, мы продвигались очень медленно, воспоминания давались ей через психосоматические ощущения боли. Работа с супругом проводилась отдельно и была направлена на формирование принятия им проблем своей жены. Что бы ускорить процесс выздоровления я предложила им подключить сексолога, но они сразу прекратили посещать мои консультации. Их дальнейшая судьба мне не известна.

Исследования психологической готовности к материнству показали, что для женщин с нарушением течения беременности характерна неготовность к принятию материнской роли. Это проявляется в глубокой внутренней неудовлетворенности собой и многочисленных страхах, связанных с образом будущего ребёнка. Женщинам с данными проблемами характерен конфликтный образ себя как матери, эйфорическое или дискомфортное отношение к собственной материнской позиции, проекция своих отношений со своей матерью на взаимоотношение с будущим ребёнком, конфликтный и тревожный образ будущего ребенка, отсутствие эмоционального принятия будущего ребенка.

Очень запомнилась пациентка на раннем сроке беременности, которая не хотела рожать ребенка только лишь из-за того, что она может потерять красивую фигуру, которую создала с помощью пластических хирургов, потратив колоссальные деньги на операции. Ребёнка хотел муж, который и привёл её ко мне на консультацию. Каждый раз, приходя ко мне на сессии, она начинала раздеваться, показывая, как за неделю изменилось её тело, которое она не хотела принимать таким и, соответственно. не хотела принимать будущего ребёнка и отца этого ребёнка – своего мужа. У неё случился выкидыш на третьем месяце беременности. Через два года мы снова с ней встретились. В её жизни произошло много событий. Она развелась с прежним мужем, опять вышла замуж и пришла ко мне на приём на пятом месяце беременности. Уже со страхами, что может не выносить беременность или родить больного ребёнка. На этот раз мы работали со страхами. Два месяца назад у неё родилась здоровая девочка. Сейчас она ходит ко мне на консультации с послеродовой депрессией.. Важным в работе с этой пациенткой было её принятие изменений в себе, жизни в развитии, ослабление разрушительных факторов, таких как чувство страха, тревоги, агрессии, уныния.

У женщин с нормально протекающей беременностью и позитивной жизненной позицией образ ребенка адекватный, эмоциональное принятие достаточно хорошо выражено. Женщина приняла своё новое положение, и приняла ребёнка. И, соответственно, образ себя как матери не имеет признаков конфликтности и наполнен положительными эмоциями. Образ собственной матери является адекватным, отношения с ней теплые, эмоционально насыщенные, но в то же время женщины не являются зависимыми от своих матерей. В медицинском центре я проводила тренинги для беременных, и такие женщины давали очень позитивный заряд для женщин с отклонениями в течение беременности и пессимистичным взглядом на себя и происходящие события. Часто тренинг давал больший результат, чем индивидуальная консультация. Так как там присутствовал дух соперничества. Они придумывали праздники, рассказывали, что происходит у них в семьях, делились переживаниями и страхами, связанными с беременностью и родами. Мы с врачами отмечали положительную динамику у беременных женщин с различными диагнозами, как только психологическое состояние настраивалось на позитив.

Таким образом, в период ожидания ребенка, обращаясь к психологу, женщина сможет, анализируя и работая над своим психологическим состоянием, улучшить и состояние здоровья, и выработать наиболее комфортные формы поведения и отношений с другими людьми.